Спасти климат, сохранив себя

Россия своими сокращениями выбросов парниковых газов более 20 лет спасает мир, в то время как подавляющее большинство стран и не думает этого делать, а только декларирует этому приверженность

Такая мысль прозвучала из уст российских ученых еще летом 2015 г. – за полгода до предстоящего подписания Парижского соглашения по климату. За несколько месяцев до этого Россия уже объявила о намерении сократить выбросы парниковых газов с 25 до 20% к 2030 г. по сравнению с годом 1990-м, рассчитывая на собственные лесные ресурсы, которые, к слову, составляют 20% мирового леса. Недавно же в Аналитическом центре Правительства РФ состоялось обсуждение доклада Института проблем естественных монополий (ИПЕМ), в ходе которого много говорилось о негативных последствиях подписанных в декабре 2015 г. Парижских соглашений. В частности, так называемого «углеродного сбора» с предприятий, которые способствуют увеличению содержания парниковых газов в атмосфере.

 

«Налог на добросовестность»

В докладе четко прозвучал некий тревожный «звонок»: многие развитые страны своим примером наглядно демонстрируют, что так называемая международная природоохранная повестка может не иметь приоритета над национальными экономическими интересами. Все-таки, на первый план они выводят собственную социальную стабильность, энергетическую и продовольственную безопасность. А уже после этого можно и о глобальной борьбе с изменением климата подумать.

Откровение на эту тему высказал бывший премьер министра Англии Тони Блэр на одной из конференций проходившей в США несколько лет назад: «Ни одна страна в мире не пожертвует своим экономическим благополучием ради экологических целей». России же снова грозит участь «остаться в дураках» и понести немалые убытки за свою добросовестность…

Справедливости ради стоит отметить: по сравнению с Киотским протоколом эти соглашения носят более «мягкие» условия, которые, вроде бы, позволяют России не наносить серьезного ущерба социально-экономическому развитию страны. Но если разобраться, такие меры по ограничению выбросов парниковых газов, как ввод углеродного сбора, нам вовсе не подходят. По мнению аналитиков, углеродный сбор годится лишь для стран с хорошо развитой экономикой, где нет энергоемких промышленных предприятий и все ориентировано на сокращение импорта энергоресурсов. А вот России, которая специализируется на добыче ископаемого топлива и производстве энергоёмкой продукции, ввод такого сбора грозит серьёзными негативными экономическими последствиями.

Оценки ИПЕМ подтверждают, что ввод углеродного сбора в России спровоцирует целый ряд негативных экономических и социальных последствий, угрожающих национальной экономике, социальной стабильности, энергетической и продовольственной безопасности (см. нашу предыдущую публикацию на эту тему).

Результаты исследования ученых показывают: процессу ратификации Парижского соглашения российской стороной должна предшествовать разработка национальной системы управления и регулирования объёмами выбросов и поглощения парниковых газов, основанная на национальных приоритетах, подробная оценка социально-экономических последствий этого решения для нашей страны, а также реализация ряда более эффективных мер, таких как стимулирование энергосбережения, повышение энергоэффективности производства и сферы потребления, рациональное использование территории и лесного хозяйства – одного из наиболее важных и эффективных механизмов.

 

Проблема – «посчитать по-русски»

По мнению ученых, сегодня очень важно скорректировать методику расчёта баланса парниковых газов. У тех, что существуют сейчас на международном уровне, есть несколько существенных недостатков, которые просто не позволяют в полной мере учесть поглощающий эффект российских территорий и лесов. Межправительственная группа экспертов по изменению климата (МГЭИК) признает расчеты, сделанные на основании канадской модели, что для России уже не есть хорошо – поглощающая способность лесов в пересчете на единицу площади в России оказывается ниже, чем во многих странах: втрое ниже, чем в США, в 2 раза ниже, чем в Финляндии или Швеции, на территории которых произрастают те же бореальные леса, что и в России. Учёт поглощения СО2, к тому же, рассчитывается только для лесов, где ведется активная хозяйственная деятельность. Такие леса составляют 76,1% от лесного фонда нашей страны.

Кроме того, по действующей методике МГЭИК выбросы парниковых газов по большинству операций в нефтегазовой отрасли рассчитываются путём умножения отчётных данных о добыче, транспортировке и переработке углеводородов на коэффициенты, остающиеся неизменными на протяжении многих лет. Большинство этих коэффициентов берется, опять-таки, из руководств МГЭИК. Таким образом, проведённая в России масштабная модернизация нефтегазового оборудования не находит необходимого отражения в национальных докладах.

«По нашему мнению, разработка и продвижение методик, обеспечивающих полный учёт поглощающей способности российских территорий и лесов, прибрежных вод, является, на сегодняшний день, наиболее эффективной и рентабельной мерой, направленной на реализацию положений Парижского соглашения в России», – подчеркивается в докладе ИПЕМ.

Что же, в России нельзя разработать альтернативные методики учёта парниковых газов, которые более полно бы учитывали поглощающую способность лесов? Такие методики существуют, но по каким-то причинам упорно не находят применения в работе органов власти, ответственных за составление официальных докладов о балансе парниковых газов в России.

А что же Минприроды России? По мнению представителей ведомства, выступавших в правительстве РФ в ходе обсуждения доклада ИПЕМ, «никакой национальной методики подготовки кадастра и национальной методики учета поглощений не требуется, поскольку методика МГЭИК абсолютно корректно и правильно позволяет учитывать поглощающую способность лесов».

«Наша задача, делегации РФ на переговорном процессе по подготовке имплементационных положений Парижского соглашения, – продвигать мысль о недопустимости каких-то последующих дискриминаций при определении поглощающей способности лесов. Больше задачи перед нами не стоит на сегодняшний день», – заключили представители Минприроды России.

 

Критика и оппозиция

Существуют весьма критические и резкие мнения относительно методологии учета поглощающей способности лесов МГЭИК, да и подписания Парижского соглашения о климате в целом.

В частности, доктор политических наук, действительный член Академии геополитических проблем Владимир Павленко во время доклада на круглом столе в ИА REGNUM весьма резко высказался о подписании Россией Парижского соглашения:
«Оценивая итоги 21-й Конференции Сторон (КС) Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК), необходимо отметить три вещи.

Первое. Позицию российской делегации на конференции следует охарактеризовать как безответственную, неудовлетворительную. Никакого отношения к государственным интересам она не имеет и отвечает, прежде всего, корпоративным, в том числе компрадорским, амбициям определенного круга российских юридических и физических лиц, которые вовлечены в так называемый «климатический процесс».

Второе. Документ в виде Парижского соглашения принят рамочный; он внутренне противоречив, наполнен двойными толкованиями и двойными стандартами. Поэтому катастрофой его принятие считать преждевременно. Ресурсы предотвращения тяжелейших последствий, которые в этот документ заложены, имеются. Но ими нужно очень грамотно и тонко распорядиться, проявив при этом твердость, жесткость, политическую волю».

Одним из самых непримиримых оппозиционеров – и в отношении Международной группы по борьбе с климатическими изменениями, и Минприроды РФ – уже не первое десятилетие выступает генеральный директор Центра комплексной оценки экологической, энергетической и экономической эффективности Виктор Потапов. Немало критики с его стороны в свой адрес пришлось выслушать и Минприроды РФ.

«На самом деле методология МГЭИК является шельмующей, она делалась по заказу Международного энергетического агентства и стран ОЭСР для того, чтобы застолбить за собой право внешнего управления экологическими ресурсами стран, в том числе России. Поэтому необходимо не только пересматривать признание методики на международном уровне, но прежде всего, разработать свою национальную методику», – уверен ученый.

По словам Виктора Потапова, уже в течение 20 лет, начиная с принятия решения о ратификации рамочной конвенции ООН, эта методика отсутствует в России.

«Я обратил внимание, в прошлом году был принят приказ Министерства природных ресурсов об утверждении добровольной методологии, которая была распространена для оценки регионов и субъектов хозяйственной деятельности. Это та же самая адаптированная методология МГЭИК, и там четко написано «для российских условий». На самом деле она неприемлема, потому что не учитывает поглотительный ресурс наших территорий – заявил руководитель Центра комплексной оценки на заседании по обсуждению доклада ИПЕМ. – Яркий пример шельмования методологии МГЭИК в том, что когда мы экспортируем древесину из нашей страны, она не содержит, по методологии МГЭИК, углерода. Выбросы от этой древесины, которые будут использовать другие страны, в методологии МГЭИК заложены уже при вырубке лесов. То есть когда мы только срубили лес на экспорт, сразу же величина ресурса углерода, содержащаяся в этой древесине, засчитывается нам как выбросы. Понятно, что это нелогично и не соответствует элементарным понятиям. Там есть и еще ряд спорных моментов, которые нужно обсуждать за отдельным круглым столом по обсуждению методологии МГЭИК».

Наш корреспондент попросил Виктора Потапова ответить на несколько вопросов, связанных с докладом ИПЕМ и методологией учета поглощающей способности лесов.

– Более подробно ответить я смогу статьёй по анализу доклада ИПЕМ, которую в настоящее время готовлю. Не всё в докладе мне нравится, особенно перечисление типичных дезинформационных мифов, сложившихся десятилетиями. Но сам факт появления этого доклада и его открытое обсуждение в АЦП с привлечением экспертов с различными мнениями – примечательный факт. Подобных мероприятий за прошедшее десятилетие я не припоминаю.

– Виктор Васильевич, почему, по вашему мнению, России столь решительно не подходят методики, предлагаемые МГЭИК, Минприроды и т.д.?

– Вы знаете, в Англии существует некая добровольная программа «Купил автомобиль, посади дерево». То есть, осуществляешь выбросы с использованием автомобиля – компенсируй эти выбросы зелёными насаждениями, которые будут их нейтрализовать. Нормальный логичный подход, о чем и сказал наш Президент РФ В.В. Путин на ГА ООН 28.09.2015, говоря о балансе техносферы и биосферы. Поэтому логично измерять и оценивать баланс антропогенных выбросов (техносферы) и их поглощения биосферой, дабы управлять и регулировать этот баланс в целях сохранения качественного состояния биосферы как основной среды обеспечивающей жизнедеятельность человека.

В сравнении с Англией, где нет тайги, в России не всегда нужны лесонасаждения, (особенно в тайге). Существующие биномы на нашей территории (за исключением ряда агломераций) вполне справляются с нашими антропогенными выбросами, да ещё и поглощают «чужие» выбросы, произведенные, например, в прилегающих странах ЕС и др.

В течение более 20 лет Минприроды и различные, как я называю их, киотские «лохотронщики» в этом направлении ничего не предлагают, плывя по течению методологических изысков МГЭИК. Ими предлагается только управление и регулирование антропогенных выбросов техносферой, при полном игнорировании управления и регулирования биосферы.

Таким образом, игнорируется громадный потенциал (поглотительный) экологических ресурсов окружающей среды территорий России, который используется в интересах других стран, как глобальное достояние, практическое содержание которого осуществляется за счёт налогоплательщиков России.

Схема такая: «давай сначала съедим твоё (Киотский протокол и Парижское соглашение), а потом каждый сам будет есть своё». Международное управление этими процессами осуществляют именно те страны, которые давно «своё съели», и им необходимо легализовать процессы «поедания несвоего», то есть легализовать использование экологических ресурсов окружающей среды других стран, в нарушение принципов устава ООН и норм международного права. Именно поэтому и появляются подобные международные соглашения, как Парижское, когда методологии оценки осуществляются по принципам двойных стандартов. «Не важно кто и сколько выбрасывает, важно, кто и как считает» – приблизительно так можно сформулировать методологию МГЭИК. Причём, подобных международных природоохранных соглашений существует около 30, начиная с 1972г.  И многолетнее использование подобной методологии МГЭИК отстаивает Минприроды России, нанося громадный ущерб российской экономике в этом процессе.

– В чем вы, как ученый, видите выход из этой проблемы?

– Моя точка зрения достаточно проста: управлять, регулировать, и оценивать на различных уровнях (страна, регионы, предприятия) результаты баланса антропогенного воздействия (техносферы) и возможностей окружающей среды по нейтрализации этого воздействия окружающей средой (качественного состояния биосферы).

– Какие плюсы такой подход несет для России?

– Подобный подход, в отличие от существующих и реализуемых в МПР и МЭР, позволяет России точно соблюдать 42 статью Конституции РФ для российских граждан об обеспечении для них благоприятной окружающей среды. Развивать свою промышленность, энергетику и сферу потребления до достижения баланса выбросов и поглощения 1 к 1, без каких либо ограничений (в том числе угольную, углеводородную и т.д.). Соблюдать принципы Устава ООН и нормы международного права.

Кроме того, это позволит экономике России получать соответствующие компенсации за использование другими странами экологических ресурсов окружающей среды нашей территорий.

****

В заключение хочется привести цитату известного эколога, депутата Госдумы Максима Шингаркина:

– Если мы посчитаем вклад Российской Федерации в сохранение климата и природных ресурсов (глобальных природных ресурсов) цивилизации, вывод напрашивается только один: Парижское соглашение по климату, грамотно используемое Российской Федерацией и реализованное в соответствии с национальными интересами, станет поводом гордиться вкладом России в глобальное цивилизационное сохранение климата на планете Земля.

Автор: Анна Куликова
Фото: pixabay.com

 

Присоединиться к обсуждению
Экономика
Наука
Информационное общество и медиа
Политика
Общество
Международная жизнь